Адриан Барнетт1

Верующий и Атеист

в День Страшного Суда

(An atheist on Judgment Day.)

Translated and reprinted

by permission of the author.
(Авторские права принадлежат Адриану Барнетту.

Переведено и публикуется по разрешению автора.)

Казалось, что полоска пространства заполненного людьми тянется из бесконечности: в очереди перед Престолом Бога сотни миллионов душ ожидают для себя окончательного приговора на вечность. Наступила дата, которой заканчиваются все календари. Для находящихся в очереди календарного времени вообще уже нет. Это время Судного Дня для каждого человека.

Преодолевая огромную вогнутую ложбину, полоска очереди людских душ плавно из випуклого спуска переходит на вогнутый подъем – к пребывающему на вершине горы Всевышнему. Сотни миллионов человеческих душ терпеливо ждут в очереди наступления своего часа перед Престолом Всевышнего. После завершения Суда над очередным человеком вся очередь одновременно пододвигается к Богу на пару шагов. К Богу: ответить на вопросы о содеянном, возразить, оправдаться, услышать и принять Вечный Приговор. С расстояния сотен миль каждый в очереди совершенно ясно видит и очень четко слышит все происходящее между Богом и душой человека в процессе Окончательного Суда.

… Вот, с выражением благоговейного страха и неподдельной радости впереди всей очереди оказался молодой христианин. За ним - с видом некоторого удивления атеистка, рассматривающая листочек, сорванной ею из рядом растущего куста. Она пытается определить: является ли этот лист действительно листом или это только кажущийся лист, фантасмагория, какая-то несусветная мистика? «Небеса, -размышляет она, - должны бы быть более светлыми, с достаточным количеством сухого льда для охлаждения воздуха; обстановка не должны бы напоминать склоны Уэльских гор в жаркий полдень…»

Христианин выступает вперед, готовый к покорному принятию определения Суда Божьего, и слышит:

- Привет, Мартин! – Бог говорит спокойным и нежным голосом.

- Э-э-э… Привет, Господь и Бог мой! - Голос Мартина возбужден, В его душе забурлил комок словами невыразимых чувств

- Успокойся. Ведь сейчас происходит то, что и должно произойти; к чему ты готовился всей свою жизнью. Вот я и определяю то, чего ты заслужил, Мартин. Ты – христианин! - Это был не вопрос, а констатация действительного положения вещей.

- Да, я был христианином… Я и сейчас – христианин. Я всего себя посвятил служению Тебе (служению Богу).

- Скажи мне, Мартин, почему ты служил Мне? Почему ты верил в Меня? Почему ты верил в Господа Бога?

- Почему?.. Как это «Почему»?… Потому, что Ты Бог! Я всегда верил в Тебя, Боже.

- Мартин… Это вовсе не то, что я хочу узнать от тебя. Послушай внимательно и скажи мне: «Почему ты верил в Бога?»

- Я верил потому, что это было святой правдой. Ты, Боже, всегда был со мной в земной жизни. Ты помогал мне пережить тяжелые времена. Ты откликался на мои молитвы. Ты посылал мне силы и мужество, что бы пройти через все испытания жизни. Я чувствовал, Боже, что ты всегда находился рядом со мной.

- Нет. Ничего из сказанного тобой не было.

- Извини, Боже, - не понял?

- Мартин. Я повторяю: ничего из сказанного тобой обо Мне не было. Я никогда не был с тобою рядом. Я никогда не помогал тебе. Все твои правильные поступки и все твои добрые дела совершались только тобой самим. Как Бог, я всегда слышал твои молитвы, но на твои молитвы, как и на молитвы всех других верующих, я ни одного разу не откликнулся. Твоя вера в Меня, как и вера других верующих, в тех или иных конкретных случаях определенно помогала тебе. Было бы несправедливо отрицать это. Но лично я никогда и ни при каких условиях в вашу жизнь не вмешивался: не препятствовал делать зло, не помогал делать добро. Конечно, вы, христиане, заслуги в своих добрых делах относили на мой счет, но, повторяю, я никогда своими действиями не вмешивался в вашу жизни. Вы при этом выполняли свои предначертания, а не мои. Вы заблуждаетесь в отношении того, что Вы якобы чувствовали мое присутствие. Мое присутствие нельзя чувствовать. Как ты мог чувствовать мое присутствие, если я определенно при этом не присутствую? Единственное фактическое доказательство моего существования заключается в том, что я вообще существую здесь и теперь. Если ты понял сказанное, то скажи мне: почему ты верил в Меня, в Господа Бога?

- Я… Я… Я всю жизнь был глубоко верующим человеком. С самого детства я постоянно ходил в церковь; молился и воздавал хвалу Тебе, Боже. В своей вере я ни разу и ни в чем не сомневался. Даже когда умерла моя мать, я верил, что это была Твоя воля, что это Ты благословил ее на мирное упокоение. Моя вера в Тебя возрастала и мужала в меру чтения Библии. Мою веру согревали твои библейские чудеса, подвиги святых и мучеников, добрые дела во имя Твое. Я читал книги выдающихся богословов и верующих философов, произведения которых усиливали мою веру. Я знаю, что моя вера – это Истина.

- Нет, Мартин, ты совершенно не то говоришь. Твоя мать умерла не по моей воле, а по причине естественной смерти. А от тяжелых предсмертных мук избавил ее не Я, а врачи. Тебе следовало бы помнить, что твоя мать умирала в больнице. Все это Я наблюдал со стороны и видел, а больше никакого Моего участия в смерти твоей матери не было. Что же касается всего остального: святых, мучеников и почитаемых тобою философов, то они имели столько же оснований верить в меня, сколько этих оснований имеется у диктаторов, мучителей и совершенно неграмотных людей. Люди совершали много величественных дел и мрачных преступлений во имя своей веры в Меня, как и во имя веры в тысячи мнимых богов. А Библия написана не Мною, а только обо Мне, и она была написана людьми, которые имели же столько же оснований верить в Меня, сколько этих оснований у тебя, - то есть у них не было никаких реальных оснований писать обо Мне. Библия и богословские сочинения обо мне пишутся на тех же основания, на основании которых написаны Священные Книги о ложных богах всех других религий. И для постороннего человека Библия ничем не лучше и ничем не хуже буддийской Трипитаки, мусульманского Корана, зороастрийской Зенд-Авесты и так далее… Я в последний раз спрашиваю тебя: «Почему ты в своей земной жизни верил в Меня?»

Мартин был потрясен и стал серым, как пепел. Он собрал свой разум, свои чувства и свою волю в кулак: ведь сейчас его испытывает (искушает) сам Господь Бог. В этот момент Мартин всем своим существом принадлежал Богу, - весь и только Богу:

- Я верил…Я всем своим сердцем верил, что это правда. Ты, Боже, послал Сына своего умереть за нас, и я принял Твоего Сына как своего спасителя. Я… я… я только знаю, что это правда. Знаю – и больше ничего! А сейчас я вижу Тебя, мой Бог, и моя вера получила подтверждение. Я больше не нуждаюсь в вере – я сам вижу правду и величие моей религии!

Наступила пауза, после которой заговорил Бог:

- Мартин! Ты произвел на меня благоприятное впечатление. – Бог умолк и после некоторого раздумья заговорил опять. - Но этого впечатления недостаточно. Я хотел, чтобы ты сам разобрался в причине своих верований. А теперь за тебя доскажу я. Ты поверил в меня потому, что тебя другие воспитали и научили так верить. Ты продолжал верит в Меня потому, что ты ошибочно приписывал Мне все то, хорошее, что случалось в твоей жизни, и исключал меня со всего того плохого, что случалось в твоей жизни. Ты верил потому. что тебе было уютно с верой в Меня, и тебя пугали неприятности, которые якобы свалились бы на тебя лично, если бы вдруг оказалось, что Я не существую. Ты, Мартин, верил… потому что безосновательно верил. В тебе самом вера в Меня не имела никаких достаточных оснований. К сожалению, Мартин, в моем раю для тебя места нет.

Бог почти незаметно пошевелил в направление Мартина пальцем и тот начал как бы опустошаться. Вскоре от Мартина на его месте осталась только тень, которая тоже растаяла… Верующий христианин Мартин исчез в небытии.2

Наступила очередь атеистки. Потрясенная увиденным она решительно ступила вперед.

- Привет, Еваз! Мне нравится твое имя.

- Ах!.. Привет, Бог. Благодарю за комплимент, - проговорила Ева, не будучи совсем уверенной в том, как ей следует обращаться с тем существом, которое она до сих пор считала пустым вымыслом.

- Да, да. Вы можете называть меня Богом. Я и есть Бог. Ева! А ведь в своей земной жизни Вы были атеисткой. Вы отрицали мое существование, Вам неприемлемой была сама концепция Бога. - Бог опять не спрашивал, а говорил то, что соответствовало действительности, чего никак не мог отрицать Его очередной собеседник.

- Да, Вы говорите правду. Теперь для меня очевидно, что я ошиблась.

- Скажите мне, Ева, Вы и сейчас продолжаешь быть атеисткой?

- Думаю, что нет. Сейчас я все же не христианин, не иудейка и не верующая какой-нибудь другой религии. Я думаю, что меня сейчас можно было бы назвать… подневольным теистом, что ли? Ах! Ха-ха-ха… - зашлась раскатистым смехом Ева. Она посчитала, что несомненное наличие божества – достаточный повод для юмора.

- М-м-м… Вот как, - проговорил сам для себе Господь Бог. – А теперь, Ева, скажите, почему же Вы не верили в мое существование? – Голос Бога стал еще более мягким и еще более ласковым.

- Нет, я не всегда была атеисткой. Свою сознательную жизнь, с детства, я начинала верующей. Меня регулярно водили в церковь, где я от души молилась. Каждый вечер перед отходом ко сну я также молилась. Уже в юношестве, когда я чувствовала ослабление своей веры в Твое существование, я читала Библию. Это восстанавливало мою веру и несколько успокаивало. Хотя, откровенно говоря, не все слова и не все содержание в Библии я тогда понимала, а потом вообще отложила ее в сторону. Я, по-видимому, как и Мартин, верила в Бога, потому что верила… Позже, будучи уже атеисткой, я опять начала читать Библию и находила в ней ряд твердых оснований для своего неверия в Бога.

- И каким же это образом Вы потеряли свою религиозную веру? Вы решили, что меня нет и что Вы лучше своего окружения разбираетесь в вопросах о Боге? Неужели Вы лучше знаете о Боге, чем ваш пастор или ваши родители? – В тембре голоса Бога помаленьку начали пропадать бывшие мягкие и ласковые нотки.

- С определенной точки зрения это так. В вопросах о Вас, то есть в вопросах о Боге, я должна была разбираться сама. У пастора, моих родителей и окружающих меня верующих свои понятия о Боге и свои взаимоотношения с Богом, а у меня должны быть свои понятия и свои отношения. «Бог», «вера», «религия» – все это очень и очень серьезно. Эти проблемы каждый должен решать для себя сам, а не следовать тем понятиям, которые слепо восприняты со слов пастора или унаследованы от родителей. Пастор, родители и другие верующие сами по себе, а я сама по себе. То, во что я в детстве верила, решительно опровергалось теми знаниями, которые я приобретала. Для меня стало совершенно очевидно, что написанное в Библии не может быть буквально, слово в слово, правдой. Из биологии и палеонтологии я достоверно знаю, что человек, как и все живое на земле, образовалось в результате эволюции, а не божественного творения. Я еще не знаю, как возникла сама жизнь или как возникла Вселенная? Но при этом незнании я не могу принять на веру объяснение, что все это якобы создал Господь Бог. Я познакомилась с вероучениями других религий. Оказалось, что все и всякие религии, каждое вероисповедания, церковь и секта, которых в мире свыше двадцати тысяч, объявляют, что только каждая из них в отдельности обладают единственной и полной истиной в учении о Боге, о спасении и прочем сверхъестественном. Все они предлагают человечеству «единственную истинную мораль» и «единственное правильное решение проблем смысла жизни человека». Я увидела сколько добрых дел совершается в мире во имя Ваше, то есть во имя Бога. Но я увидела также, сколь много зла (геноцид, преследования, войны – только часть этого зла) творится тоже во имя Ваше, то есть во имя Бога. Я увидела, что если люди попадают в беду, то они должны не возлагать надежды на потусторонние силы, а своими силами справится с ней, с бедой.

Ева почувствовала, что уж слишком расхрабрилась и с беспокойством стала ждать традиционного для Бога в случаях подобного богохульства взрыва грома и молний. Стоящая позади нее очередь в страхе молча отступила назад, чтобы нечаянно не привлечь к себе внимания и гнева Господа Бога.

- Ева! Вы совершенно забыли, что в сию минуту предстоите перед сами Господом Богом, на заключительном для Вас этапе Судного Дня. Почему это я должен позволять Вам – еретику, неверующему и атеисту! - вольности по отношению ко Мне, в то время как вашего предшественника – набожного, преданного Мне и любящего Меня – я без всякого колебания отправил в небытие?! Объясните Мне, пожалуйста, причину Вашего нынешнего поведения. Осознайте, над какой бездонной пропастью Вы сейчас стоите. Докажите, что Вы достойны войти в Царство Небесное, вечно жить в раю.

Ева пристально посмотрела Богу в глаза:

- «Почему я должна войти в Царство Небесное и вечно жить в раю?!» – спрашиваете Вы. Да хотя бы потому, что я, пожалуй, гораздо лучшее существо, чем Вы!

Если бы Ева оглянулась, то увидела бы, что все человеческие души в бесконечной очереди вошли в ступор и замерли в коматозном состоянии.

- Что ты сказала?! – произнес Бог. От его дрожащего от возмущения голоса затряслась гора.

У Евы пересохло в горле. Сама удивляясь, что осталась жива, она с яростью продолжила:

- Я сказала, что я лучшее существо, чем ты! Ведь ты на этом месте уже показал себе «во всей своей красе»! Мартину ты говорил, что только «наблюдал», как болела и умирала его мать. Тоже мне нашелся «наблюдатель»! Существо такого ранга, как ты, должно помогать, спасать, а не наблюдать. А вот здесь, на этом месте, ты уничтожил Мартина только за то, что у него не имелось «достаточных оснований» для веры в тебя. Но ведь вере в Господа Бога он подчинил всю свою жизнь. Мартин жил ради тебя и фактически отдал свою жизнь за тебя. Ты сам не дал Мартину, как и всем другим людям, достаточных оснований, чтобы верить в тебя, а когда люди по своему разумению находят для себя причины верить в тебя, - эти причины тебя почему-то не удовлетворяют! Ты слышишь молитвы верующих, но никогда не отвечаешь на них. Вместо помощи, ты оставляешь верующих решать проблемы по их собственному усмотрению и разумению. Ты безучастно смотришь на то, как люди унижают, порабощают и убивают друг друга по малейшим признакам расхождения в вопросах веры в Бога. В храмах, монастырях и молитвенных домах, воздвигнутых во славу Бога, дети физически и духовно растлеваются4. И это все в так называемых Домах Божьих. Во всем мире на протяжении всей истории люди мучили и мучат друг друга за ложные верования в богов, за верования не в того бога, за верования в любого бога. Наиболее бедное и беспомощное население копит и отрывает от себя последние копейки для того, чтобы оплатить ими обещанное им после земной жизни вечное счастье в Царстве Небесном.

Ева остановилась, чтобы передохнуть, и продолжила:

- А ты?! Чем занят ты, эдакой Всемогущий, Вселюбящий, Всеведающий, Всеправедный, Вездесущий5..? Ты только сидишь здесь и умудряешься за всем на земле только «наблюдать»… Да каждый на твоем месте, да с твоими способностями проявил бы гораздо и гораздо больше порядочности и сочувствия к людям, - твоим же творениям. Ты, возможно, и Бог, но ты существо… Безбожное6.

Бог улыбнулся:

- Ты окончила свою речь? Хорошо. Ева, ты производишь сильное впечатление.

Бог замолчал. Ева едва сдерживала свое порывистое дыхание.

- Ты потрясла меня своим мужеством и содержанием своей речи, - продолжил после некоторого раздумья Бог. - Ты могла поверить в меня в силу разных ложных оснований, но ты стал атеисткой в силу ряда разумных оснований. Ты вела достойный образ жизни и правильно использовала разум, которым я одарил каждого человека. Хотя ты и пришла к безнадежно ложным заключениям в отношении Моего существования, но ты пришла к этим заключения путем, который не подлежит осуждению. По моему благословения ты, Ева, можешь проходить в рай.

Но Ева не сделала ни шагу по направлению к раю. Вместо этого она твердо произнесла:

- Нет! Я не хочу в рай!

- Не хочешь?! Ты отказываешься от рая? Ты противишься моей воле? Улыбка опять оставила вид лица Господа Бога.

- Неужели ты думаешь, что я захочу провести хотя бы минуту, не говоря уже о вечности, в компании с тобой? Ты без всяких поводов обрекаешь людей на страдания, нередко – на страдания на протяжении всей их земной жизни, а потом за возмущение своими страданиями осуждаешь на вечное небытие. Ты устранился от мира и тем самым позволяешь своим творениям по различным поводам преследовать друг друга из-за недостатка свидетельств существования Бога, - существования именно такого Бога, каким ты сейчас сидишь передо мной. Ты видишь все муки и заблуждения во имя твое и сиднем сидишь здесь в меру увеличения перед тобой очереди мертвых душ. И при всем при этом у тебя хватает наглости наказывать прекрасных людей только за то, что у них, видите ли?, «не достаточно причин» для веры вот в такого Бога!

- Ева! Ну, хватит… Смотри, ворота рая уже открыты для тебя. Успокойся и ступай в Царство Небесное.

- Нет! Нет!! Если у меня сейчас есть выбор между исчезновением на веки и вечностью в присутствии такого чудовища, каким являешься ты, то я с радостью избираю уничтожение. Я только попрошу об одном, прежде чем ты меня уничтожишь…

- И о чем же ты просишь? – спросил Бог, теряя терпение.

- Я хочу, если у тебя хватит на то духу, смотреть мне в глаза, когда ты будешь меня уничтожать.

… Немного погодя следующее существо из очереди человеческих душ взошло на вершину горы. Наступил Судный День над земной жизнью следующего человека.

--------------------------------------- --------------------------------------- --

Перевод из английского с разрешения автора и примечания – Дулумана Е.К.

Примечания: